Страх проявляться на публике, так же, как и страх продавать, — не редкость и не слабость. Кто-то идет через него самостоятельно, кто-то носит в терапию, а кто-то отказывается от своих желаний, уговаривая себя, что «значит, это не мое».
Но есть и другие решения. Например, найти, что триггерит сильнее всего — и разобраться с этой реакцией. Возможно, это не избавит вас от терапии и неприятного опыта, но точно сократит время и на то, и на другое. А может, буквально через одну сессию вы начнете делать то, что всегда хотели, — как это получилось у Алисы.
Здесь Алиса рассказывает, как это было, в формате видео-интервью, а дальше расшифровка для тех, кто любит читать. Все публикации — с согласия клиента.
— Почему ты решила прийти ко мне на тренинг? Какой у тебя был запрос?
— Если ты собираешься серьезно вести Инстаграм, то без сторис тебе точно не обойтись. Это сейчас мне кажется, что сторис — это самый классный инструмент, который только может быть: можно делать текст, потом видео, потом еще заставку какую-то, и все это миксовать…
А вот эта говорящая голова, когда ты идешь по улице и что-то там рассказываешь… По-моему, это у всех людей моей возрастной категории: кажется, что вот ты идешь по улице, что-то там говоришь в телефон, и все на тебя смотрят, крутят пальцем у виска, типа: «О, чокнутая блогерша пошла! Дурная какая-то женщина».
Для меня это было очень сложно, при том, что в целом я не могу себя назвать застенчивой. Но вот взять телефон и с ним идти — это для меня был какой-то затык. И я пришла к тебе именно за тем, чтобы «отжать» этот триггер
— Почему ты решила обратиться с этим именно ко мне?
— Я решила прийти к тебе, когда увидела видео, где ты убираешь у девочки триггер «Я не эксперт». Мне понравилось, что это выглядело как игра, не вот это: «Сядьте в позу лотоса. Сосредоточьтесь на своих убеждениях…». И я захотела попробовать именно твой способ. Ну и плюс, я очень тебя люблю, давно тебя читаю и доверяю тебе как эксперту.
— Стала ли наша работа для тебя действительно стрессом?
— Ну вообще поначалу у меня зум не загружался, потом пошел дождь, и вообще казалось, что все против меня. Сам шаг в эту работу был стрессом. Частично он снялся после того, как мы проговорили, в чем суть.
— О, вот расскажи, пожалуйста, заодно, в чем суть.
— Суть была такая, что я беру телефон, выхожу на улицу, мы с тобой выходим в зум, и ты мне из телефона говоришь, что я… ну не очень хороший человек (улыбается).
— Давай я добавлю, что перед этим мы встретились на диагностической консультации, где вытащили те самые триггерные фразы, которые останавливают именно тебя от того, чтобы свободно идти по улице и снимать сторис. И на самой сессии я говорила тебе именно эти фразы.
— Да, мне дико понравилось, что ты очень быстро вытащила эту штуку: «Ты что, совсем дура?!». Дело в том, что моя мама — очень чопорный человек, такая интеллигенция до мозга костей, всегда подтянутая, каблуки высокие… И как только мы с братом как-то не так себя вели, она всем своим видом показывала: «Это не мои дети, мне их подкинули». А я всегда была очень взбалмошным ребенком, вечно что-то придумывала. И мама, соответственно, все время говорила мне: «Ну ты как дура какая-то!». И, естественно, это въелось, я сама себе начала это говорить.
И вот мы с тобой пошли с этой фразой гулять по улице. Мы смоделировали ситуацию, что я иду по улице с телефоном, а Аня мне говорит ту самую фразу: «Ну что ты как дура?!».
— Вот тут я тоже поясню, что по технологии тренировки постоянно воспроизводится одна и та же фраза, которую мы нашли на диагностической консультации. У каждого человека такая фраза будет своя, и именно она удерживает нас от того, что мы хотим. Реакция на нее исчезает при многократном повторении, как будто бы ломается кнопка, на которую ты постоянно нажимаешь. Как это было для тебя?
— Да, и вот как это происходило — сначала было как-то неловко, потом стало весело. И в какой-то момент я поняла, что я просто ничего не чувствую по поводу этой фразы. Ну говорят мне, что я как дура, ну и ладно, и хорошо.
Вообще вся эта работа сняла градус важности на все. Потому что, помимо снятия сторис, то, насколько я серьезная, насколько серьезным человеком меня воспринимают люди, — все это казалось очень важным. И вот этот градус важности снялся не только со сторис, он снялся и с выступлений, и с моих мастер-классов, и вообще в принципе с работы на камеру.
У меня был опыт, когда я встретила хейтера практически на важнейшем своем выступлении, и плюс еще вот этот триггер, что я совсем как дура. И это в совокупности стало таким блоком, через который сложно пройти. После работы с тобой мне стало по этому поводу совершенно спокойно. Даже мои подписчики иногда пишут: «Хватит уже трындеть на камеру, записывай какие-нибудь другие сторис». Мне стало действительно легко и просто, и я за это тебе очень благодарна.
— Какие преимущества моей услуги, по сравнению с другими способами решить проблему, ты могла бы выделить?
— Мне очень понравилось, что мы сделали это быстро, а не сидели какими-нибудь долгими вечерами. Вообще если сравнивать с терапией, то мне хотелось бы носить в терапию какие-то фундаментальные вещи. В этом году было много чего фундаментального, например… И проблемы с родителями работать — не переработать.
А вот узкие вопросы хотелось бы решать быстрее. Вот мы с тобой как эту проблему решили? Хоп — и как по щелчку пальцев. Мне нравится вот так, это круто.
— В чем для тебя главная ценность нашей работы?
— Главное — это, наверное, легкость. Для меня легкость самовыражения — это вообще одна из ключевых ценностей. Когда ты дитя Советского Союза, это значит, что ты вышел из типовой школы, где всех пытались лепить одинаковыми, как кирпичи. И твоя задача — перестать быть этим кирпичом и чувствовать легкость по жизни. В общении с людьми, в том, как ты работаешь, как ты чувствуешь, как живешь… Когда ты раскрываешься, ты чувствуешь себя счастливее. Можно сказать, наша работа расчистила еще один засор.
— Что было хорошего в работе именно со мной?
— Опять же, легкость. Я очень люблю экспертов, с которыми, помимо их профессионализма, еще и легко, и весело. Когда идешь решать какую-то важную задачу, ее надо решать с человеком, который тебя понимает. И мы с тобой вроде ржем и общаемся как подруги, а на выходе получаем результат. Для меня это очень важно.
— Скажу как тренер, что в этой работе быстрый результат достигается именно за счет интереса. Когда максимальное количество единиц внимания у тебя в настоящем времени, ты меньше циклишься на триггерах и травмах прошлого, не проваливаешься в них, а просто смотришь на них из здесь и сейчас. Помнишь вот это наблюдение, что на самом деле на тебя вообще никто не смотрит, и людям пофигу, что ты там снимаешь на свой телефон?
— Да! Это было так классно, когда я иду по улице с телефоном и говорю: «Эй, люди, а вы чего на меня не обращаете внимания?! Эй, я тут с телефоном!». И никто на меня не смотрит (хохочет). Реально, люди думают только о себе.
— Какой для тебя главный результат нашей работы?
— То, что я сразу же начала снимать сторис. Я начала делать то, что я хотела. Плюс, я стала работать на камеру легко. Я сейчас работаю с Нетологией, и у меня там вебинары очень часто. И вот я выхожу, и у меня нет этой важности, вот этого «Что ты тут как дура?!». И, конечно, люди считывают то, что тебе легко и спокойно, и контакт с ними получается более легкий. Это очень круто. Для меня это главный результат.
— Здорово! Спасибо большое тебе за интервью и за нашу совместную работу. Мне было очень здорово с тобой поработать.
— Спасибо, это взаимно!
